Непатриот: Ирина Бурмистрова - о невозможности любить целую страну

Ирина Бурмистрова - заядлый любитель городской жизни, московский журналист и ленивый велосипедист, а по совместительству в меру сознательная мать и жена. Обожает джаз, ненавидит окраины и много впечатляется по поводу и без, о чем и рассказывает в своей колонке на m24.ru.

Страна в последнее время помешалась на любви к себе: она просит преклонения от каждого встречного, кричит о недолюбленности из дуршлага и утюга, требует восхищения собой, как брошенная у алтаря невеста, жаждет подтверждений любви, как пережившая измену жена. Школы вводят уроки патриотического воспитания, детские сады устраивают фотосессии в костюмах солдат Второй мировой - ей все мало. Ей подавай преданность и полную самоотдачу от всех, всех, всех на свете. Так, по крайней мере, мне кажется, когда я читаю новости, слушаю людей и, уехав в другую страну, получаю упреки в отсутствии патриотизма.

Только вот в чем дело: я не могу понять, что такое этот самый модный патриотизм. Я знаю, что такое любить человека, даже небольшую группу людей. Или любить какую-то очень определенную музыку, отдельные книги отдельных авторов, дорогие сердцу дома, дворики, рестораны, даже целые улицы.

Но страна - она такая огромная, так много в себе содержит. Тут и классные столичные театры с гениальными постановками, и волшебные питерские музыканты, и хамство на улицах, и очереди в сбербанк. Никогда не виденные огромные регионы с реками, озерами и морями, говорят, поразительной красоты. Ядерные боеголовки, заряженные и готовые к запуску в любой момент, и незаряженные, но имеющиеся в наличии. Интеллигентные московские евреи, читающие Мандельштама. Парни в кепариках, лузгающие семечки на кортах в рязанской подворотне. Позорные мизерные пенсии и работающие за вдохновение ученые. Шедевры архитектуры, заставляющие остановиться и удивиться красоте жизни даже в самых тяжелый и суетливый день.

Я не могу, никак не могу любить или не любить вот это вот все, знакомое и незнакомое. Этого слишком много для меня, я всего лишь человек с огромным, живым, трепещущим сердцем, которое может вместить, казалось, сколько угодно любви. Но вот столько не может. Да и зачем ему столько?

Я люблю выкурить утреннюю сигарету, когда на меня светит солнце, и мне все равно, в какой стране это сделать. Люблю бродить по Китай-городу, но и по Монмартру люблю не меньше, а, наверное, даже больше. Люблю свою дочь, и мужа, родителей и брата, и еще нескольких людей, и если бы они не были русскими, я любила бы их не менее сильно. Люблю потягивать вино под хороший джаз-бэнд, да много чего. Но ничто из того, что я люблю, не связано с целой страной, как ни крути.

Второй аспект патриотизма - это гордость. Принято гордиться российскими учеными, писателями, художниками и танцорами, даже если мы сами никакого отношения к миру искусства и науки не имеем. Я могу понять гордость за собственные маленькие и большие победы, за прорывы друзей и близких, которым мы помогали словом и делом. Но какое отношение мы имеем к труду и успехам посторонних людей, даже если они живут с нами в одной стране? Как мы участвовали в их работе, чтобы чувствовать сопричастность их достижениям? Платили налоги, чтобы ремонтировались дороги, по которым они ездят?

Несложно понять и ощутить радость за удачные проекты, поделиться историями в соцсетях, может, пожертвовать денег на осуществление новых планов. Но гордость, честное слово, это уже too much. Да и важно ли, что успех пришел к представителю именно твоей страны? Неужели людям и правда стало приятнее, когда они узнали, что над открытием бозона Хиггса трудились в том числе российские ученые? Это открытие стало для них более значимым, чем если бы работали только европейцы?

Есть такая манера - выискивать у одаренных актеров, танцоров и спортсменов русские корни. Вот оказывается, что у очередного оскароносца троюродная бабушка приехала в Штаты из России (или из Польши, но это ж почти одно и то же). "Теперь понятно, откуда у него талант", - говорят россияне с гордостью. Позвольте, но это действительно важно?

Если футбольная или хоккейная сборная выигрывает важный матч, люди размахивают флагами и кричат "Мы победили!" Постойте, но кто такие мы? Мы ли тренировались, несмотря на травмы, прыгали выше головы и выкладывались, чтобы выиграть у соперников? Мы ли должны гордиться?

Вот и получается, что я просто не понимаю, что такое патриотизм. Патриотизм - это фикция, любовь и гордость, обращенные к целой огромной стране (неважно, какой), к чему-то насколько огромному и многообразному, непонятному и неконкретному, родному и чуждому, а часто просто неизвестному... Невозможно любить что-то в целом: любить все человечество, включая террористов, педофилов, детоубийц и харкающих мужчин, или всю литературу в целом, включая авторов "стихов.ру" и Донцову. Невозможно любить страну. И упрекать людей в отсутствии патриотизма не стоит. Они просто всерьез относятся к жизни и не присваивают себе модные свойства, которые по сути лишь слова.